Я просто озвучиваю чужую жизнь!

Я просто озвучиваю чужую жизнь!

«Индустрия развлечений в этом году якобы на тридцать процентов недополучила прибыли. Ну это же бред. Это бред. На девяносто пять минимум, если не на девяносто девять процентов недополучила, потому что не происходит ничего!», - сказал Валерий Меладзе в программе Юрия Костина "Личные связи", которая выходит на авторском YouTube-канале и на ТК "МИР".

Приведем самые интересные высказывания артиста.

О переносе своих концертов в Крокусе

Ну, во-первых, я оптимист. И я абсолютно уверен, что много раз я ещё выйду на эту сцену. У нас даже определены сроки, причём достаточно пессимистические, мы аж на год отложили. Потому что подготовка действительно нужна будет серьёзная. Следующей осенью будет ещё и потому что неизвестно какой график будет у моих коллег. У меня один концерт должен быть мой сольный, а второй мы будем петь дуэты. Причём даже с теми, с кем я и не пел дуэтов. Нет, когда-то я пел в их концертах. Теперь я попросил их отдать мне долг. Ну, во-первых, понятное дело с теми, с кем я уже пел. Это Григорий Лепс, это мой брат, вот. Ну и я пригласил Владимира Преснякова, Лёню Агутина. Когда-то у нас была совместная съёмка с Дианой Арбениной, дуэт. И я скажу, что от неё исходит такая сумасшедшая энергия, что мне сложно припомнить, от кого из артистов. Мы просто начинаем заводиться и… ну, э… это и… и внутренняя, и… и физически мы начинаем очень энергично себя вести. Но, вероятно, я просто вижу, как она работает и стараюсь вот попасть вот в её эту энергетику.

Валерий Меладзе и Юрий Костин
Валерий Меладзе и Юрий Костин

О пандемии и шоу-бизнесе

Меня очень раздражает враньё. Статистика – это общая вещь ну, объективная. Статистика – это цифры. Вся статистика, которая вообще касается заболевших, выздоровевших и всего прочего, она достаточно сомнительная. Ну, по объективным, скажем, даже факторам. Вот сегодня прочитал в издании, которому, казалось бы, можно верить. Индустрия развлечений в этом году на тридцать процентов недополучила прибыли. Ну это же бред. Это бред. На девяносто пять минимум, если не на девяносто девять процентов недополучила, потому что не происходит ничего.

Как я справился? Ну, во-первых, я оптимист. Во-вторых, человек адаптируется ко всему, и я к таким людям отношусь. В-третьих, я живу за городом и в моменты, когда мне нужно было куда-то свою энергию деть, я выходил и ходил или катался на велосипеде. Ну и потом, конечно, пальцы болели первые два месяца от того, как мы все переписывались друг с другом: «Как ты, брат? Как у тебя дела? Как, что?» Потом это надоело. Ну невозможно всё время смотреть в этот маленький экран. Когда случилась пандемия, все сказали: «Всё, сейчас… сейчас на первый план выйдут главные ценности человеческие. Сейчас всё дерьмо из людей куда-то денется, оно исчезнет. И всё». И… а никуда ничего не исчезло. Люди не стали лучше, к огромному сожалению.

Об ограничениях на концертах

Вот я дал сейчас несколько концертов за пределами России. Несмотря на то, что проблема с эпидемией в Украине, я дал концерт в Одессе и два в Киеве. Разрешены по ползала. Так я скажу, что энергия от этой половины зала была, как от стадиона. То есть, конечно, мы все соскучились по нормальному человеческому общению. Я соскучился по всем своим коллегам, я соскучился по съемкам, которые осточертели уже, мы говорили: «Хватит, из года в год одно и тоже». Я хочу опять этого. И, конечно же, это всё будет проходить позитивнее, лучше. Я не ругаю всё человечество. Я часть человечества, и я точно так же привыкну к этой радости, ко всему хорошему. Хемингуэй сказал когда-то очень важные слова: если дать человеку что-то одно, он к этому привыкает, хочет большего и так далее. А самое главное, чтобы не было много. То есть не так важно, что было много, а очень важно, чтобы было достаточно.

Об отношениях России и Грузии

Достаточно вспомнить большую историю вообще российско-грузинских отношений. И не только во Второй мировой войне, не только в Великой Отечественной войне, но и в большом количестве предыдущих войн грузины сражались всегда вместе с Россией. И своих славных, так сказать, сыновей всегда отдавали на то, чтобы… И это было честью.… И во время Великой отечественной войны не только грузины с русскими, как братья, стоя рядом погибали, а весь Советский Союз бывший. И, конечно, эти люди в ужасе были бы от того, что в итоге произошло. Может быть я не совсем понимаю глобальных таких процессов, да, но я всё ассоциирую на человеческие отношения. Эти приходят, значит, ну, понятно, что там, скажем, есть старший брат, младший брат. Младший брат неразумный что-то сделал не так. Старший брат может прийти к нему и сказать: «Брат, ну что ты творишь? Давай разрулим эту ситуацию?» Младший брат образумился и сказал: «Прости, брат. Всё хорошо».

Но если брат что-то сделал не так, а второй брат к нему пришёл, дал ему по башке как следует и отобрал у него там что-то, то тогда не быть хорошим отношениям. Ну просто не быть между людьми. Я понимаю, что если какие-то конфликты происходят межгосударственные, то виноваты оба, обе стороны. Но кто-то должен пойти навстречу! Российско-грузинских отношений политически и официально нет. Нет даже консульства грузинского, нет посольства, представительства какого-либо. Есть грузинское представительство при консульстве какой-то из европейских стран. Вот. И всё. Я считаю это идиотизмом, потому что ближе отношений не было и по сей день нет. Любых гостей, которые приезжают в Грузию из России, грузины готовы и носят на руках. С такой же любовью я здесь встречаюсь. И любой грузин, который приезжает… Да вообще русские люди очень-очень благородные и гостеприимные, это общность народов. Этому гостеприимству мы научились, то ли живя в Советском Союзе, то ли это имеет гораздо более ранние там какие-то корни, процессы. Но так или иначе мне обидно, что происходит вот сейчас. Ну, просто люди не могут свои амбиции, усмирить и просто сесть, и поговорить по-людски, и наконец-то добиться тех отношений, которые должны быть, которые по природе своей должны быть, по естеству. Мы идём сейчас против естества и против природы.

О детях

Я очень люблю сцену, я безумно люблю своё дело. И я своим детям всё время говорю: «Найдите любимое дело. Будет оно приносить вам деньги, не будет приносить – вы будете счастливы. Потому что иметь любимое дело – это счастье».

Если это будет шоу-бизнес, эстрада, пение, то я, конечно, помог бы им в этом деле, но никто из них вообще не проявлял никакого интереса к этому делу. Может, я тогда был слишком категоричен, потому что немножко переживал бы. Не немножко, а серьёзно переживал бы за них, потому что вообще все такие творческие профессии, если это не звукорежиссер, там, или композитор, поэт, и с ними тоже бывает так, что они просто перестают писать. Сейчас жизнь разогналась до такой степени, что вот появляется новый артист – он может продержаться год, а может продержаться всего один сезон. У него вышла одна песня, эта песня удивила всех, получила популярность, а второй песни не вышло. Это было и в наше время, и всегда говорили: «Ну, сейчас вот вы выпустили песню, вы выпустили альбом. А что дальше?» И наш первый продюсер Евгений Фридлянд, он говорил: «Вы должны обязательно быть готовыми к тому, что будет спад». Но спад, а потом возможен подъем. А сейчас настолько всё дробно и быстро происходит, что, если мои дети займутся шоу-бизнесом, особенно в молодом возрасте, они прочувствуют это, почувствуют дикое волнение, выходя на сцену, и вместе с ним необыкновенной кайф, азарт, а потом это кончится. И что дальше? Это очень серьезная ломка – уходить из шоу-бизнеса и заниматься каким-то другим делом. Это присуще только сильным. А тем, кто так и пытается остаться и всё время быть где-то рядом, и всё это, ну, грустная история, на самом деле.

О работе артиста

Мы даем людям эмоции, положительные эмоции. Мы озвучиваем их жизнь, мы озвучиваем их праздники, мы озвучиваем их отношения. Когда люди влюблены, им нужна музыка. И мне много раз говорили, что «знаете, вот под вашу музыку мы познакомились, и теперь у нас семья», или там вот «под вашу музыку у меня был сумасшедший роман», или вот «с вашей музыкой у меня ассоциируются какие-то части жизни, которые когда мне хочется вспомнить, я включаю там ваши песни». Не то, что я сильно много там на себя беру. Я просто озвучиваю чужую жизнь. Каждый человек вправе выбрать ту музыку, которая подходит к его жизни, и того артиста. Но это очень важное дело. И говорить о том, что мы занимаемся какой-то ерундой, и что ничего, как-нибудь там год они переживут, потом ну, может как-нибудь выкарабкаются...

Об отношениях с Альбиной Джанабаевой

Сначала Альбина пришла работать ко мне в группу на бэк-вокал. Вот тогда у нас случился роман, а потом она уже…

Мне даже вокруг дома пришлось посадить кучу высоких деревьев, потому что были попытки папарацци как-то снять. Это очень сильно тяготит. Помимо того, что сам по себе роман случился, когда ты уже был женат, и уже были три дочки, конечно.

Да, я поменял жизнь, но четыре или шесть лет жизни, когда этот переход происходил, - это немалый срок, он как будто в забытьи, я не могу его даже как-то полноценно вспомнить. Когда я уезжал на гастроли, какие-то такие моменты я помню, а вот сам этот переход - для меня он был очень болезненным. И болезненным для всех участников, и для первой жены, и для дочек моих, и для Альбины. Это каким-то образом коснулось даже старшего сына, но он тогда еще был маленьким, он, вероятно, этого не запомнил, не прочувствовал. Но это не бывает просто, или бывает, но не у таких людей, как я. Я к таким людям не отношусь. Это была очень серьезная и тяжелая ситуация. В то же самое время все равно к этому как-то все шло, но какие-то важные решения, ключевые - нужно было принимать мне. У меня великолепные отношения с моими дочками, я безумно их люблю, и они меня очень любят, и какой-то след в их сознании и в их жизни все равно остался, и может быть, на всю жизнь.

Любовь это безумие, в хорошем смысле слова. Самое лучшее безумие на свете. Я видел людей влюбленных и очень переживающих, и даже несчастных. Но все равно я считаю, что любовь это подарок от Бога, потому что человек начинает совсем по-другому воспринимать мир, музыку, еду, запахи и цвет, планы на жизнь и все вообще. Это как-то обостряется, какое-то волшебное абсолютно чувство.

О популярности

«ВИА Гра» была создана, поднята на большие высоты абсолютно без моего участия. Но две песни - «Океан и три реки» и «Притяжения нет» - сыграли одинаково безумно положительную роль, можно сказать, даже взрывную, и в моей карьере, и в карьере группы «ВИА Гра».

У нас в тот момент вышла песня «Красиво». Казалось бы, взрывной хит безумно. До сих пор, если мне нужно поднять зрителей, я вытаскиваю этот козырь, так сказать, из рукава… Она вышла тогда – и никакого резонанса, потому что уже был эффект привыкаемости. У нас уже вышло два альбома, оба альбома классных, меня уже принимали как некую единицу, так сказать, стабильную, но это всё равно был не первый эшелон. И что мы ни делали – мы… мы никак не могли выйти вот… Потому что, чтобы быть в первом эшелоне, надо ещё чтобы с тобой была какая-то, видимо, связана история или надо ещё пережить какое-то время. И вот у меня был как раз такой период, что, что бы мы ни делали – ничего такого взрывного не происходило.

Вдруг мы выпускаем вот этот не очень серьезный клип «Океан и три реки», но получилась очень хорошая работа. Сейчас, когда ретроспективно его смотреть – забавный, веселый, красный, классный клип. Но как-то – опа, обратили внимание. Интересно. Всегда мужчина смотрится лучше, когда рядом с ним женщина красивая. А если три – ещё лучше в три раза, значимости ему сразу придаётся, да. И когда вышла песня «Притяжения больше нет», ну, совершенно фантастическая песня, безумно красивая, и мы были в какой-то такой творческой, физической форме сумасшедшей. Когда сняли этот клип, я понял, что кто бы мне что ни сказал, я за эту песню уже готов просто дать голову на отсечение. И произошел просто какой-то сумасшедший взрыв популярности, приглашали нас вместе, приглашали только «ВИА Гру», приглашали только меня, но приглашений просто многократно увеличилось. Вот, наверное, это и есть синергия, когда энергии складываются, перемножаются, и происходит цепная реакция.

Об отношениях с братом Константином

Вообще, в жизни, в детстве мы совершенно разные были. Компании у нас были разные и всё. Ну, понятно, семья одна, там, но и по характеру, и по внешнему виду мы не очень были на братьев похожи. Но единственное, что нас объединяло, - мы всегда слушали одну и ту же музыку и слушали её с утра до вечера.

Что касается совместного творчества, но мы к нему не очень быстро пришли, но из-за того, что мы очень разные – это сработало. Каждый из нас занял свое место и никогда не претендовал на место другого, хотя Костя надо сказать, поет фантастически. Он мне присылает демки, когда записывает, у него на октаву ниже голос и он поет восхитительно. Я думаю, что он мог бы подвинуть меня в моей нише! Мы можем в студии немножко повздорить, но только из-за того, что он требует от меня больше, чем я могу на данный момент. И может быть потому у нас происходит все время какое-то движение, потому что он придумывает что-то такое, что я в данный момент не могу изобразить, выдать достаточное количество эмоций, либо те эмоции которые нужны, но он доводит все равно это до нужного, либо почти нужного состояния, и я в этом вырастаю тоже. И потом мы выходим из студии и все, и никаких обид, ничего.

newsmuz.com